^Наверх

Современные башкирские так называемые «историки» и «политики» постоянно утверждают, что башкирский народ является другом России, что башкиры все 450 с лишним лет якобы совместно с Русским государством выступали против его врагов. Но так ли это на самом деле? Попробуем рассмотреть исторические факты.

А они убеждают нас в обратном. Уже сразу после принятия башкирами подданства русского царя они стали бороться с Русским государством.

В XVI в. башкиры-табынцы и башкиры-зырянцы входили в окружение сибирского хана Кучума и были одной из опор его власти. После смерти Кучума борьбу против России продолжили его сыновья и внуки. Главной опорой потомков Кучума в этом стали восточные башкирские племена, а также ногаи, казахи, калмыки и другие сибирские народы. Стоило только внуку Кучума Даулет-Керею в 1662 г. вновь подняться на борьбу с Русью, как его сразу же поддержали башкиры. В 1662–1664 гг. во время башкирского восстания кучумовичи пытались собрать вокруг себя всех недовольных и совместно выступить против властей. 1662–1665 гг. были периодом последнего выступления потомков Кучума в Сибири, одновременно ознаменовав начало череды башкирских восстаний, потрясавших Российскую империю в XVII–XVIII вв.

Башкиры Зауралья почти поголовно были против русской власти. В ходе своих многочисленных бунтов башкиры массами уничтожали не только царскую администрацию, но и простых русских людей. Однако об этом башкирские историки всегда стараются умалчивать.Все бунты, как это не пытались скрыть коммунистические историки, носили антирусский характер. Говоря о башкирских бунтах, мы должны, в первую очередь, говорить о бунтах определенных племен протобашкир: мин, табын, усерган и т.д., которые не составляли единого народа, ни, тем более, общности в форме какой-то организации, и уж тем более, военной. Кочевники этих племен находились в общественном развитии на стадии феодально-общинного строя и имели только одну побудительную причину бунтовать – это стремление кочевников к грабежам, насилию и разбою. Как известно, протобашкирские племена были полукочевыми. И с одной стороны, у них был перед глазами опыт земледельческих народов, как русских, так и татар. А с другой, они имели опыт кочевых племен, которые в основу своей экономической жизни положили насилие, разбои и грабежи.

Накопление материальных благ, и в первую очередь продуктов питания, у земледельческих народов, и в первую очередь у русских, носило тяжелый и длительный характер. Здесь играли свою роль большие расстояния России, сезонность сборки урожая и медленный прирост животноводческой продукции. Немало сил у земледельческих народов, и в первую очередь у русских, отнимала охрана этих материальных ценностей, накопленных с таким трудом. Для этого ими строились города, засеки и рвы, крепости и передовые заставы. Охранные и пограничные функции также отнимали много времени и сил.

С другой стороны, кочевые и полукочевые народы материальные блага, не считая скотоводства, добывали относительно просто, путем насилия, разбоя и грабежей. Кочевые и полукочевые народы прельщала, в первую очередь, легкость, с которой добывались материальные блага земледельцев и высокий КПД этих разбойничьих нападений. И действительно, налетев на какой-то населенный пункт, да еще неожиданно, кочевники почти сразу становились владельцами материальных благ данного населенного пункта, а в придачу брали в полон его население и выгодно продавали купцам. Ничего не производя, за счет населения и грабежа КПД разбоя приближался практически к 100%. Поэтому основой экономической и общественной мотивацией любых бунтов, разбоев было именно быстрое и легкое обогащение с меньшими потерями и если возможно, то внезапно и без последствий для себя.



Наши историки всегда старались избегать явной привязки причин этих бунтов к особенностям кочевого хозяйства, в частности такой его специфической черте, как грабительские набеги на соседей. Не «притеснения», как считали советские историки, а элементарная страсть к набегам (что характерно для всех кочевых обществ – казахов, моноголов, калмыков, джунгар и т.д.) – вот что питало энергией разбойничьи башкирские орды. Еще 60 лет назад крупный французский славист, профессор Роде Порталь отмечал: «В целом башкиры... были... кочевниками и совершали грабительские набеги на казахов в среднем течении Яика. Эти акции были составной частью экономики башкир и заканчивались успешно, поскольку за спинами башкирских биев стояла Россия. Русское правительство безуспешно пыталось пресечь эти разбои, продолжавшиеся вплоть до второй половины XVII в., и даже во время башкирского бунта 1662 г. Совершив очередной набег, башкиры уходили на север региона, куда казахи соваться не рисковали».

Примитивная экономика протобашкир не позволяла им пользоваться теми благами, поддерживать тот уровень жизни, который имелся у соседних земледельческих народов — русских, татар, чувашей, марийцев, удмуртов. Проще было напасть на соседа и отобрать у него имущество. Именно этим и занимались протобашкирские племена. Великий русский историк С. М. Соловьев еще в XIX в. назвал это «борьбой леса и степи», которая по его мнению определяла весь ход русской истории. Советские историки, называвшие себя марксистами, на самом деле игнорировали учение К. Маркса и вместо того, чтобы объяснить причины башкирских бунтов особенностями экономики хозяйства этих племен, объявили их «борьбой за свободу». Идеология вождей башкирских бунтов — грабеж, воровство, угон скота, а также людей для продажи в рабство на невольничьих рынках Средней Азии полностью соответствовала главному лозунгу коммунистов — «грабь награбленное». А эти оценки в свою очередь с радостью подхватили нынешние башкирские сепаратисты.

Грабеж, воровство — призывы к этим низменным инстинктам были ясны и понятны всем. Вот почему эти лозунги столь быстро распространялись в массе протобашкирских общинников, вот почему за Пугачевым двинулась толпа разбойников, вот почему так легко взяли власть коммунисты. И никакими поздними терминами не удастся обелить эти преступные действия. Лозунг «грабь, убивай, воруй» объединял моментально людей во все времена. Были ли бунтовщики протобашкиры армией и отрядами? Нет, это были шайки разбойников, создававшиеся на время грабежа. Совершив набег, урвав себе, что можно унести, они сразу же распадались и возвращались в свои аулы. Примерно так ведут себя нынешние чеченские боевики, так вели в недавнем прошлом себя и афганские моджахеды.

Уже в декабре 1661 года приказчик Катайского острога получил информацию, что башкирские выходцы с "лучший человеком Сары Мергеном хвалятся идти войной на Катайский острог и на Далматову пустыню во шти стах". 29 июля бунтовщики осадили Катайский острог и Далматов монастырь, разрушив недавно построенные деревни. Главный удар был направлен на центр русской власти Среднего и Верхнего Приисетья – Катайский острог. Бунтовщики штурмовали его 4 суток, приступая "днем и ночью" "не в один ряд". Неудача под стенами острога, где находился пороховой магазин и около ста беломестных казаков, заставила их отступить к озеру Иртяш, куда вскоре подошел с крупными силами один из лидеров движения 1662-1667 годов в Башкирии (Земле башкир) Сары Мергень, который и организовал второй поход на слободы Зауралья в августе 1662 года. Разбросанные малочисленные поселения Южного Зауралья не смогли остановить бунтовщиков и сами стали первой добычей башкир. Несмотря на укрепления, башкиры разрушили в этот раз Катайский острог, первые селения Далматова монастыря – Служнюю слободу и поселение на Нижнем Яру. Начисто разгромленным оказался недавно построенный Петропавловский монастырь с церковью на правом берегу Синары, в месте ее впадения в Исеть над Белым Яром в 35 верстах от пустыни Далмата. Сам Далматовский монастырь, окруженный стенами с бойницами, где имелось много как огнестрельного, так и холодного оружия, был оставлен монахами, оставшимися без помощи от служилых людей в разоренном Приисетье.

Нападениям подверглись Барневская, Мехонская слободы и Царево Городище. Попытка спасти положение Южного Зауралья вводом регулярных сил из ближайшего центра русской Сибири – Тюмени летом 1662 года успехом не увенчались. Только осенью 1662 года русским удалось добиться определенного перелома военной ситуации в Зауралье вводом в район башкирских кочевий основной массы Тобольских и Тюменских служилых людей, включая два регулярных полка Дмитрия Полуехтова. На озере Иртыш башкиры были разбиты, однако, успех был не полным – "в степи укинули снеги большие" и кочевники ушли от разгрома.

Особого размаха бунт достиг летом 1663 года. Отряды бунтовщиков действовали в районе Уфы, взяли г. Кунгур, осадили Долматов монастырь и разгромили ряд русских поселений в Уфимском и Кунгурском уездах. На борьбу с бунтом царское правительство направило значительные воинские силы. Лишь к лету 1664 года бунт был подавлен.

Поводом для башкирского бунта 1681– 1683 годов послужили слухи о насильственной христианизации нерусского населения Поволжья и Приуралья. Во главе бунта стояли башкирские феодалы Сеит Саафер (Садиир), Иш-Мухаммед Девлетбаев и др., объявившие «священную войну» против русских и обратившиеся за помощью к калмыкам. Бунт начался осенью 1681 года и развернулся первоначально в районе Закамской линии. В 1682 году он распространился на Сибирский тракт, особенно его зауральскую часть. В Башкирию (Землю башкир) прибыли калмыцкие отряды, которые под видом помощи бунтовщикам пытались подчинить себе башкир, разоряли кочевья, захватывали пленных, скот и т. д. В 1683 году башкиры прекратили борьбу.

Башкирский бунт 1705 – 1711 годов, вызванный растущими противоречиями между растущим абсолютизмом монархии Петра I и местными локальными обществами – провинциями, за счет которых власть проводила модернизацию, разгорелся в западной Башкирии (Земли башкир). Его возглавили крупные башкирские феодалы Алдар Исекеев и Кучук (Кусюм) Тюлекеев. Отказавшись от русского подданства, башкирская феодальная верхушка сделала попытку создать башкирское ханство, связанное вассальными отношениями с Турцией или Крымским ханством. Движение, развернувшееся в 1705-1706 годах в южной и северо-западной частях края, было вскоре подавлено. В 1707-1708 годы оно вспыхнуло вновь, охватив значительную часть Башкирии (Земли башкир), особенно ее западные районы, откуда перекинулось в Казанский уезд.

Вот как этот бунт и попытка выйти из подданства России отражены в исторических документах.

«…А учинился воровству начаток на Уфе не от податей, и не от тягостей и не от окладчиков, умыслили башкирцы, чтоб им не быть под державою его царского величества и посылали от себя посланцов в Турки к салтану и в Крым к хану домогатца, чтоб их приняли к себе в союз. И как им от им от салтана и от хана было отказано, и те посланцы привезли с собою к башкирцам с Кубани вора и назвали ево салтаном и других с собою возмутили чтоб им быть самовластным, и намерялись уфинским и другими уездами завладеть…» (1708 г. апреля 14. Из доношения казанского комиссара С. Вараксина кн. Д.Д. Меньшикову о причинах башкирского восстания).

«А в росспросе сказался: Муратом зовут, Кучюков сын… И они, башкирцы, приняв ево Мурата к себе в салтаны, советовали, чтоб им с ними пройти в Крым под владенье Крымского хана… И он де Мурат, отобрав то число людей, взяв от них башкирцов к хану о подданстве и об обороне просительное письмо, поехал в Крым… И он де Мурат, приехав в Крым… явился хану и письмо, которое с ним послано от башкирцов… подал. И прочтя то письмо хан сказал, что он о приеме ево и башкирцев указу учинить не смеет, для того что живет под властию салтана турецкого, потому что у салтана турецкаго и у него хана с царским величеством учинен мир; и дав де ему хан от себя к салтану турецкому лист и то башкирское письмо о приеме их послал ево с провожатыми в Царьград. А жил де он в Крыму 8 дней. И приехал он Мурат в Царьград, и посыльщик ханов в Царьграде объявил о нем визирю Махмету, и спустя с неделю велел ево визирь взять перед себя, и ханов лист и башкирское письмо ханов посыльщик визирю подал. И визирь де ему сказал, что принять и на выручку войска послать для приему башкирцов невозможно, для того что у салтана турецкого и крымского хана с царем московским учинен мир и в том де по своему закону учинена правда…» (1708 года апреля 20. Расспросные речи взятого в плен «названного» башкирского султана Мурата в Астраханской приказной палате. Материалы по истории Башкирской АССР. М.;Л., 1936. Ч. I. С. 236 – 243).



Как видно из изложенного и документально зафиксировано в исторических документах, башкирскими феодалами и их мусульманскими прислужниками была предпринята попытка прямой государственной измены. К лозунгам и мотивам ограбления русского и другого оседлого населения прибавились мотивы смены подданства, т.е. прямой государственной измены.



Началом крупных набегов слободы Южного Зауралья явился 1706 год. Уже в этом году нападению башкир подверглись 4 района – село Воскресенское, слободы Теченская и Барневская и Царево Городище на Тоболе. Очень серьезным был набег 1706 года на село Воскресенское во время которого 60 русских погибло, 40 человек угнали в плен и "лошадей и скота угнали без остатку". При нападении башкир на деревни Теченской слободы – Калмацкий Брод и Солоцкую – здесь были убиты 45 человек, 25 пленены, угнали скот весь без остатку и выжжены дома. Башкиры разграбили полностью село Кабанье Барневской слободы, перебив, взяв в плен много крестьян. Отряд кочевников разорил и деревню Курганскую (в 5 верстах от Царева Городища). Было убито 7 человек, угнано 60 лошадей и 100 голов рогатого скота.

В 1707 году набегам башкир подверглись Пещанская, Чумляцкая слободы, а также деревни Далматова монастыря. В 1708 году кочевники вновь набегали на Чумляцкую, Уткинскую слободы и деревню Антонову, убивая людей, угоняя скот. Отряд башкир вышел в район Среднего Притоболья, разорив в деревню Бердегину Емуртлинской слободы – 9 мужчин, 3 женщины убиты, 7 и 8 соответственно взяты в плен вместе со всем имуществом.

В 1709 году нападениям кочевников подверглись район русского заселения в Примиассье, Приисетье вплоть до слобод по Пышме – весь юго-запад Зауралья. Было совершено нападение на Чумляцкую и Пещанскую слободы – только в деревнях последней башкиры убили и пленили 45 человек, выжжено 40 дворов, лошадей и скота угнано "без остатку". За 2 года интенсивных нападений (1709-1710) на Окуневский острог кочевники выжгли "многие деревни" перебили и увели в плен 228 жителей, угнали 1309 лошадей, 2026 рогатого скота, 636 овец. Возле Камышевской слободы кочевники выжгли все деревни, из деревень Багаряцкой слободы отогнали весь скот. Летом 1709 года башкиры разорили Барневскую и Арамильскую слободы.

В 1709 году Акинфий Демидов сообщал Петру I о том, что "Каменская, Багаряцкая, Арамильская и на низ по Исети и Миассу многие слободы в осаде, а тех всех слобод многие деревни развоевали... и крестьян множество побито, иные в полон побраны с женами и детьми и со всякими крестьянскими пожитками и всякую скотину отогнали они ж воровские башкирцы". По неполным данным, только к 15 октября 1709 года в Каменской слободе были убиты 78, в плен попало 61 человек, в Колчеданском остроге соответственно 14 и 26, в Катайском остроге убито 14 крестьян, в Багаряцкой слободе 59 были убиты много крестьян бежало "от башкирского разорения ради хлебной скудости" в безопасные места, 88 крестьян присуду слободы бежали в острог "сидят в осаде, поделали шалаши, а в шалашах печки для печения хлебов". Нападения совершались как мелкими (несколько десятков), так и крупными (400-2000 человек) отрядами.



Усиление бунта в Южном Зауралье произошло после прибытия в мае 1709 года на озера Чебаркуль Каракалпакского хана сообщившего, что его прислал к башкирам дед – хан Кучук внук Кучума. 20 мая приказчик Белоярской Теченской слободы Григорий Шарыгин сообщил, что 19 числа приходили к слободе 1500 башкир с главой всего бунта "Каракалпакским ханским сыном" с приступом 2 раза и побили 22 крестьянина 10 ранили 12 взяли в плен, угнав 1510 голов скота. Затем кочевники сожгли 4 деревни Красномысской слободы. В июне башкиры отогнали весь скот из деревни Ключевной Далматова монастыря и Шутиха Катайского острога.

2 августа степняки взяли в плен 3 крестьян и отогнали 500 голов лошадей и скота у деревни Смолиной, 18 сентября угнали скот от Иковской слободы, разорив многие деревни. 29 октября разгромили отряд из 4 драгун, а крестьян ездивших "для конских кормов" из Царева Городища. 2 ноября башкиры неожиданно появились у деревни Каргаполовой Миасской слободы, пленив многих крестьян. Впервые после бунта 1662-1668 годов ни одно поселение Южного Зауралья не было в полной безопасности от башкир. Крестьяне наиболее угрожаемой западной части Зауралья – Катайского и Колчеданского острогов, Багаряцкой и Камышевской слобод, приписанные к работе на Каменских заводах в 1709 году, не пошли туда. В челобитных 27 октября и 9 ноября 1709 года они писали, что в этом году "под наши слободы башкирские люди были, дворы выжгли, скота отогнали многое число и всячески нас разоряли и ныне они ... слободы наши разоряют, людей по деревням и по дорогами и на полях бьют и хлеб сеять и лен ставить нам не дают и в полон берут". Крестьяне сообщили, что в период бунта в слободах Зауралья убито и взято в плен "многое число, а иные крестьяне разбежались в разные места, а в слободах у нас сталось у нас самое малое число, и те скудны и безскотны и живем все от башкир в осаде с великим опасением".

В 1735-1736 годах основным очагом бунта явились Юго-Западная и Южная Башкирия (Земля башкир). В 1737-1739 годы центр движения переместился в восточную часть края, в пределы Сибирской дороги. Отряды бунтовщиков вели борьбу с правительственными войсками, нападали на укрепленные пункты, уничтожали поселения русских крестьян, а также нерусского населения, не примкнувшего к движению (мишари, татар, части башкир). Башкирская феодальная верхушка, рассчитывая на поддержку казахского хана Абулхаира, настаивала на отказе от русского подданства.

13 марта 1736 года отряд из 6997 регулярных и нерегулярных воинов под командой полковника Арсеньева вышли из Теченской слободы на юго-запад "для искоренения бунтовщиков" и построения систем опорных пунктов для надежного закрепления края. Большинство башкир бежало на Уральские горы или в степь, откуда они начали наносить удары по русским слободам и деревням Зауралья. 2 июня отряд кочевников захватил и разорил село Уксянское, имевшее оборонительные сооружения. Также были разрушены сопредельные деревни Пески, Любимова, Нов-Таржина, Щипицына. Во владениях Далматова монастыря были разорены деревни Ключевская, Бугаева, Бисерова, Анчукова, Карпушина, Ложечной бор, Морозова. В них башкиры выжгли 14 дворов, убили 1 крестьянина, увели 170 лошадей, 22 головы скота. В Барневской слободе были разорены село Кабанье, деревни Заозерная и Батурино – выжжено 24 двора, убито 7 крестьян, отогнано 224 лошади, 281 головы рогатого скота, сотни овец. Бунтовщики разорили и Шадринскую слободу, но не смогли взять ее острог. Башкиры разорили село Воскресенское и деревню Куликову, избив там 25 крестьян. Под Теченской слободой башкиры разорили 6 деревень, где выжгли 76 крестьянских домов, убили 13 человек и 6 угнали в плен. В Пещанской слободе убиты 13 крестьян и 1 ясачного мещеряка, выжжено 27 дворов, отогнано 379 рогатого скота, 258 лошадей, 19 овец, "приколоты" 26 свиней. Такой же жестокостью отличались и набеги на Примиассье. Во время нападения на Окуневский острог и деревни были убиты 19 крестьян. В 13 его деревнях башкиры выжгли 185 дворов, отогнали и прикололи 930 лошадей, рогатого скота 594, 1924 голов овец, увезли 32 четверти хлеба и вытоптали 100 десятин. В округе села Воскресенского башкиры перебили 30 кретьян, угнали 600 лошадей и 200 голов рогатого скота, вокруг Чумляцкой слободы убили 7 крестьян, отогнали 336 лошадей, 492 скота, 758 овец.

Серии башкирских набегов подверглись и слободы Среднего Притоболья – Иковская, Утятская, Верх-Суерская и Царево Городище. Так, в Иковской слободе башкиры убили на пашне 4 человека и отогнали 11 лошадей, из Верх-Суерей отогнали 100 лошадей по Утятскую слободу вышел отряд казахов, перебив 2 и взяв в плен 6 крестьян, угнав 8 лошадей. Башкиры совершили набеги на 8 деревень непосредственно слободы Царево Городище – Арбинскую, Черемухову, Утятскую, Кармацкую, Смолину, Воронову, Челнокову и Чинееву. Было убито 36 крестьян, угнано 120 лошадей, отогнано 30 голов скота, в деревне Чинеева выжжено 14 дворов. 3 июля 1737 года отряд башкир атаковал укрепленное Верх-Теченское поселье Далматова монастыря. После прибытия на выручку отряда поручика Гладыщева, башкиры отступили, ограбив еще раз деревни Анчукову и Ложечной бор, захватив в плен 4 крестьян, несколько человек убив. Населения Приисетья и Примиассья, оставив дома сбегалось в слободы и остроги под защиту пушек, особенно много крестьян засело в Далматов монастырь. По округе ходили отдельные банды башкир, грабивших деревни, убивавших людей на дорогах. Архимандрит Порфирий сообщил в Тобольск митрополиту Антонию "Сидим мы, яко в осаде: даже выезжать никуда невозможно; везде по дорогам людей бьют". В отместку за то, что русские покидали деревни с имуществом, повстанцы выжигали в них дома.

В последующие годы нападения кочевников совершались преимущественно на периферийные области русской колонизации Южного Зауралья. 9 июня 1737 года отряды башкир численностью свыше 4 тысяч человек сосредоточились в районе Багаряцкой слободы и в междуречье Тобола и Миасса, готовясь к борьбе. В первой половине июля башкир Мандар с отрядом в 1500 человек вышел на Р. Синару, а Бепеня с 2000 вышел к Катайской слободе, разоряя деревни русских и мещеряков (52). 7 июля отряд из 2000 человек вышел к Багаряцкой слободе, разоряя деревни ее присуда. Под деревней Окуловой недалеко от слободы произошел бой между бунтовщиками и регулярной командой майора Д. Угрюмова. Набегу башкир подверглась и Пещанская слобода, где были убиты 2 и взяты в плен 8 человек. В Примиассье кочевники напали на Чумлянскую слободу, убив 6 человек. В августе 1737 года кочевники организовали нападение на Примиассье. 10 августа произошла стычка между отрядом села Воскресенского во главе с приказчиком Израилевым из 40 человек и отрядом башкир, наступавших на деревни. 11 августа башкиры осадили деревню Плотникову Окуневского острога, но взять ее не смогли. Было совершено и нападение на Чумляцкую слободу, где было убито 6 человек. В село Воскресенском башкиры убили 15 крестьян, 5 взяли в плен, отогнали 200 лошадей. В этот период в Зауралье происходили столкновения между бунтовщиками и лояльными башкирами и мещеряками. Так, 9 июля кочевье мещеряков было остановлено отрядами повстанцев и только подход 200 "верных" башкир 5 волостей Зауралья спас их от разгрома.

Нападениям подвергались и деревни Среднего Притоболья – Утятская, Иковская, Царево Городище, Емуртлинская, Верх- Суерская, Суерский острог. В июне 1737 года мелкие группы башкир и казахов совершили нападение на работавших на пашне крестьян Утятской слободы – 6 человек убили, 1 ранили, 3 взяли в плен и угнали 10 лошадей. Под Иковской слободой башкиры отогнали 12 лошадей, в стычке убив 1 солдата Сибирского драгунского полку и 2 крестьян, убили 4, пленили 2, угнали лошадей и 919 голов скота, из Верх-Суерской угнали 500 лошадей, 100 голов скота, перебив 9 крестьян на покосе и 1 забрав в плен, из деревень Коросковой и Катаевой Суерского острога с крестьянских водопоев отогнали 35 лошадей.

Башкиры совершили нападения на 6 деревень Царева Городища – Утятскую, Смолину, Челнокову, Шкоцкую, Белоярскую и Веденскую – только под последней были убиты 14 крестьян и отогнано 40 лошадей. Такое развитие бунта на Сибирской дороге и в 1737 году, несмотря на переброску в Южное Зауралье крупных воинских контингентов – Сибирского и Оренбурского драгунских полков, частей Тобольского и Енисейского пехотных полков, дворян, детей боярских и казаков Сибирских городов и поголовного вооружения местного населения заставило Татищева провести реформы в административной устройстве Башкирии (Земли башкир) и сопредельных территорий, в частности образования Исетской провинции в Зауралье.

В 1738 году в результате карательных походов из слобод Зауралья в степи и на Урал против основных масс бунтовщиков, а также строительства крепостей по Миассу, прикрывавших русские слободы от нападений, набеги башкир в район Примиассья и Приисетья прекратились.

В 1739 году башкиры убили 2 крестьян и отогнали 120 лошадей Верх-Суерской слободы. В 1740 году движение снова вспыхнуло в пределах Сибирской дороги. Башкиры сгруппировались вокруг самозванного хана Карасакала (Минлигула Юлаева), по имени которого движение получило название бунта Карасакала. После бунта 1735-1740 годов реформы административно-военного характера, результатом которых стало строительство укрепленных линий на юге и западе Южного Зауралья, сумели в значительной степени обезопасить население края от набегов, так, что следующий башкирский бунт 1755-1756 годов серьезно не затронул жизнь края.

Для возникновения бунта 1755 года (бунт Батырши) определенную роль сыграло воззвание муллы Абдуллы Алеева, по прозванию Батырша, который призывал башкир, татар, казахов, узбеков к "священной войне". Началось движение 15 мая в Бурзянской волости Ногайской дороги (Южная Башкирия(Земля башкир)) убийством начальника горноизыскательной партии, разорением Сапсальского почтового стана и прекращением обслуживания Исетского тракта. Под натиском правительственных войск наиболее активные повстанцы ушли в казахские степи. В августе движение в этом районе возобновилось и захватило ряд соседних волостей. Были разгромлены некоторые заводы и почтовые ямы (станции), убито несколько местных старшин. К концу августа движение затихло. 3-я вспышка бунта произошла в районе Осинской дороги (Северная Башкирия(Земля башкир)) 27-28 августа. Башкиры убили старшину и начали готовиться к более активным действиям. Однако против них выступили местные феодалы, и движение прекратилось.

Последним крупным антиправительственным движением башкир Зауралья стало их участие в бунте Е.И. Пугачева. Исетская провинциальная канцелярия доносила, что "все без изъятья иноверческих волостей старшины нужно с их подкомандующими ... генерально находились в бунте", за исключением нескольких человек из 11 тысячного ясачного мужского населения Исетской провинции. Пугачев с его призывами к уничтожению всего и грабежу был сразу же принят башкирами как единомышленник, и их уже не интересовало, настоящий он царь или нет. Главное, что он разрешил им грабить заводы, уничтожать русские села и убивать русских крестьян.

«Армия Салавата Юлаева» - это миф, придуманный коммунистическими историками и подхваченный националистами. Разбили эту «армию» в бою? Нет. Свора разбойников, именуемая в современных исследованиях «отрядом Салавата», ограбив русские поселения и уничтожив заводы, рассеялась по домам. Салават им был больше не нужен, да и они не были нужны Салавату. После этого главарь банды был пойман своими же земляками.

Если рассматривать объективно бунт Пугачева и примкнувшего к нему Салавата Юлаева, то необходимо отметить, что как только наступает ответственность перед законом, члены бандитских шаек моментально разбегаются, не дожидаясь военного разгрома, а наиболее предприимчивые выдают властям своих вожаков, так было с Е.Пугачевым и С.Юлаевым. При этом в истории не зафиксирован именно военный разгром Салавата Юлаева. Бунтующие башкиры просто разбежались, услышав о разгроме орд Пугачева и вступления правительственных войск на территорию Башкирии (Земли башкир). Сам Салават с некоторыми подельниками был задержан в лесу и сразу заявил, что шел сдаваться, а вот его схватили. Отец бунтаря, кстати, успел сдаться добровольно, по своей инициативе.

Не желая работать, башкиры, еще недавно ведшие кочевое хозяйство и промышлявшие грабежом, в XIX в. стали распродавать леса и земли, а потом сами и страдать от этого. А сердобольные русские писатели-демократы, восприняв эту объективную особенность башкирской экономики и менталитета за разорение беззащитного народа царизмом, исписали горы бумаги, силясь доказать всему миру, что башкиры вымирают. Однако уже тогда эти выдумки были опровергнуты серьезными специалистами- демографами, доказавшими, что на самом деле «безземельные» и «убогие» башкиры не только не вымирают, но прекрасно размножаются получше других народов. И сегодня, не желая и не умея управлять присвоенной ими республиканской собственностью, башкирские националисты охотно продают ее всякому желающему со стороны, одновременно проливая крокодиловы слезы о притеснениях башкир русскими.

Во всех башкирских бунтах прослеживается одно обстоятельство. Натворив преступлений, ограбив и поубивав население, башкиры приходили с повинной, прекрасно понимая, что их простят. С одной стороны, Российское государство никогда не занималось поголовным истреблением нерусских народов, как на другом конце земли это делали в отношении туземцев европейские колонизаторы. С другой, в то время башкиры служили буфером между Россией и беспокойной Центральной Азией. Русское государство терпело все башкирские безобразия, последовательно проводя политику по приобщению башкир к цивилизации, сохраняя им земли, не вводя крепостного права и зачастую относясь к ним гораздо человечнее, чем к русским крестьянам.

Башкирские бунты — это открытые выступления разбойничьих шаек против легитимного государства, подданными которого башкиры являлись. И отнюдь не с чиновниками и политикой властей боролись эти банды кочевников. Их жертвами в первую очередь становились простые русские, татары, чуваши, мишари и другие оседлые жители. Источников на эту тему в архивах отложилась масса. Советские историки десятилетиями умалчивали о них, умело выбирая только те, где речь шла об убийствах представителей «царизма» и помещиков. Своей узкой идеологией вожди башкирских террористов не понимали масштабов России. Уничтожая промышленность Южного Урала, они обрекали себя на примитивное существование, на жизнь в изоляции, на консервацию отсталого и неконкурентного хозяйства. Наоборот, скажем, татары умело интегрировались в новую экономику и достигли больших успехов на пути цивилизации.

Эта тема не новая, в 1740 г., после подавления очередного башкирского бунта военный администратор Оренбургской губернии генерал- лейтенант Урусов иными словами сказал то, что мы изложили:

«Нынешнее ваше воровское собрание, в котором вы теперь, будучи во многих тяжких своих смертельных винах, у Ея Императорскаго Величества просите всемилостивейшаго прощения, приводит меня в великое удивление, довольно ведая, что к сей крайности и конечной бедности ничем иным приведены, как токмо воровством и еще таким, коего между другими подданными народами не слыхано. И правда, жалобу приносить вам не на кого, всяк сам себе сделался врагом и народным губителем.

Я совершенно нахожу, что всевысочайшия милости ко всему башкирскому народу от Ея Императорскаго Величества всемилостивейшей государыни и от высоких Ея Императорскаго Величества предков, в разныя времена вам оказанныя, не только вам не чувствительны и не памятны, и которые из возмутителей ваших хотя про оныя высочайшия и чрезвычайныя милости несколько известны были, но они вместо того, чтоб прославлять государей своих и верныя службы оказывать, паче тщились, чтоб подлым людям натолковывать, акибы то, боясь вас, делается, и тем вbr /сегда глупых и безразумных людей возмущали, а о себе всегда разсуждали, акибы вы между всеми российскими подданными знатнейшие, и как я здесь слышал, старинными господами себя называли.



Но ежели об вас истинно разсудить, кто вы таковы сперва были и напоследок в какое благополучное состояние чрез высокия милости российских государей приведены, оное еще большее удивление причиняет. Я уповаю, что вам оное мало или паче совсем неизвестно, ибо всегдашнее ваше воровство к таковому самих себя признанию вас не допущало. Жили вы, всегда последуя воровскому своему башкирскому названию, о чем вам чрез сие крепко и нарочно объявляю, чтоб вы высочайшия милости, оказанныя от всемилостивейших российских государей, при нынешней вашей крайности узнать и чувствовать могли. Потому можете узнать, как вы о себе несмысленны. Башкирскои ваш народ, между которым всегда с начала вашего подданства большая часть воров и возмутителей были, а добрых самое малое число, изстари был один с нагайцами, которой от сибирских ханов утесняем будучи, принужден был из своих мест с некоторым своим ханом, называемым Тюрей, удалиться и придти в разсеяние. Вы же, называемые ныне башкирцы, еще тогда же владетелям своим непослушны будучи, умыслили в прежних местах остаться, за которое ваше непокорение тогда без остатку были ограблены и раззорены и пропитание свое с нуждою имели зверем и рыбою, а о хлебе и не ведали. В таком бедном состоянии достались ваши предки казанским и сибирским ханам, но оные от сих ханов еще в большее раззорение пришли, и несносных подати им платить и всякия нужды претерпевать принуждены были до тех пор, пока вы во время государя царя Иоанна Васильевича российскими подданными учинились, ибо с того времени началось ваше благополучие, а именно:

Ясак положен был самой легкой, которой приниман от вас был всегда со всякою справедливостию; и чтоб в платеже онаго вам затруднения не было, то по указу великих государей нарочно построен город Уфа и учреждена Уфимская провинция, земли даны вам почти все те, где нагайской народ жилище свое имел. Сверх того учинены многие из вас тарханами. На тех же данных вам пространных вотчинных землях не запрещено было поселиться называемым тептерям из разных уездов, которые все платили вам с земель оброки, отчего впервые воровской ваш народ получил скот, хлеб и всякое изобилие. Жили уже на жалованных вам землях с великим удовольствием, обогатились деньгами и всяким пожитком, одним словом сказать, ни одному из подданных Ея Императорскаго Величества народов такой высочайшей милости и защищения не показывано, как вашим воровским предкам. Но за оное всепресветлейших и всемилостивейших российских государей оказанное к вам милосердие вместо ожидаемой от вас подданнической (верности, напоследок, когда вы и ваши воровские отцы пришли уже к наибольшему благополучию и богатству, учинили многие противные поступки, за которыя тогда ж подлежали вы конечному покорению и погибели. Не нужно о сем пространно упоминать вам, но ежели о том одном сказать, что из вас большая часть припамятовать может, то и сего на обличение злейших ваших противностей будет весьма довольно. Еще не с большим тридцать лет, когда вы бунтовския свои намерения оказали под предводительством главных ваших возмутителей, а именно Казанской дороги - Кусюма, Нагайской дороги - Алдара, Казанской - Исмаила, при которых ваших воровских и бунтовщичьих поступках не одна тысяча верных российских подданных от вас, воров, побита. За сие одно подлежало было весь ваш род так искоренить, чтоб памяти онаго не осталось, и не было бы в том российским оружиям ни единаго затруднения. Не только вы, бездельники, но и сильнейшие неприятели побеждаются. Но по природной милости всемилостивейших государей за толь тяжкия и важныя ваши бунтовщичьи вины почти ничего вам не учинено, пожалованы всемилостивейшим прощением. Но сие привело вас к большему неистовству. Особливо же напоследок, когда Ея Императорское Величество всепресветлейшая и всемилостивейшая государыня по природному своему высокомонаршему матернему милосердию в пользу верных своих подданных указала построить город Оренбург с некоторыми подлежащими ко оному крепостьми, в самом том начале составили вы паки в противность высочайшаго Ея Императорскаго Величества указу бунтовское свое намерение, которое, как токмо оныя Ея Императорскаго Величества повеления первым действом произведены были, от вас, воров, явно бунтовством и оказалось, а именно:

Во-первых, в 1735 году незапно напав на идущих из Уфы Вологодскаго полку драгунских пять рот, убили командующего подполковника Чирикова со многими людьми; потом идущей из сибирских слобод провиантской обоз остановили, и едва оной от воровских ваших набегов о потерянном немалаго числа людей высвобожден. На команду статскаго советника Кирилова нападали еще в том же 1735 году в разных местах, многое число российских людей от вас, воров, побито, и разныя деревни раззорены и выжжены, и разглашены от вас самые возмутительные слухи. В 1736 году вы же отважились нападение учинить на команду господина генерала Румянцова и великой вред причинили; потом еще наибольшия пакости причинили в командах полковников Арсеньева, Мартакова, Тевкелева и Мерзлюкина, у всех оных командиров многия тысячи верных подданных Ея Императорскаго Величества рабов от вас, воров, пропало, а потом еще в том же году не допустили вы до Оренбурга провиантской обоз, отчего во оном городе многое число народу за неимением провианта померло; тогда ж и Верхояицкая пристань с имевшимися в ней людьми без остатку от вас воров раззорена и погублена. По таких ваших мало-слыханных противностях, когда праведное Ея Императорскаго Величества оружие над всеми принуждено было действовать, тогда, то есть в 1737 и в 1738 годах, хотя вы и принуждены были от воровских своих намерениев несколько поотставать, и в винах своих просить всемилостивейшаго прощения, коим по природному Ея Императорскаго Величества матернему человеколюбию и пожалованы, но все оное было токмо ваше притворство и обманство, ибо снаружи казались вы повинными, а внутрь и между собою были еще злейшими противниками и бунтовщиками, а к концу прошлаго 1739 году то ваше бунтовское намерение паки явно отрыгнуло, и, вымысля между собою вора башкирца Миндигула, называли его Карасакалом, салтаном Гиреем, а после и ханом, с которым вновь причинили вы верноподданный Ея Императорскаго Величества неизчетныя раззорения и продолжали до тех пор, пока войски Ея Императорскаго Величества внутрь воровских ваших башкирских жительств не введены, и вышепомянутой Карасакал, также и другие ваши возмутители не искоренены были, ибо хотя с начала нынешняго вашего последняго возмущения посланы были от меня к вам, ворам, универсалы от 22 апреля и 14 июня с тем Ея Императорскаго Величества повелением, дабь вы возмущениям онаго Карасакала не верили и, отстав от него, жили б в покое, и в знак своего обращения того б вора и главных своих зачинщиков поймав, ко мне привезли, причем все ваши противности и нарушения присяг довольно были изтолкованы, но и по сему ничего от вас, воров, не учинено, и всегда ваши воровские поступки продолжались, и последуя частопомянутому вору Карасакалу до тех пор, пока он из глаз ваших, яко возмутитель не изчез, и приставшее к нему для побегу воровское ваше собрание не погубил.

Больше воровства и бунтовщичьи ваши поступки объявлять вам, еще ворам, также и настоящую вашу крайнейшую бедность протолковывать вам нечего. Сами все до единаго знаете, также и судить вас не почто. Сами вы поступки и дела свои помните, судите сами себя, какого помилования вы достойны, токмо все то зависит от высокомонаршей Ея Императорскаго Величества милости». Генерал-лейтенант князь Урусов, 1740 г. (Рычков П.И. История оренбургская по учреждению Оренбургской губернии. Уфа, 2001).

На много десятилетий затаившись, башкиры выжидали, когда можно будет

вновь начать убивать русских и отделиться от России. И это время наступило в 1917 г., когда группа башкирских сепаратистов во главе с Валидовым провозгласила автономию так называемой «Малой Башкирии (Земли башкир)» (юго-восток нынешней Республики Башкортостан (Земли башкир)). 11 ноября Башкирское шуро издало свой первый нелегитимный фарман (указ), где говорилось: «Теперь Башкирское шуро никому не подчинено и приступает к освобождению Башкортостана (Земли башкир) от чужого влияния и власти, к подготовке объявления его автономии». 15 ноября 1917 г. шуро приняло постановление о провозглашении автономии Башкурдистана (фарман № 2 за подписью председателя шуро Ш. Манатова, его заместителя А.-З. Валидова, членов шуро и его секретаря Шайхзады Бабича).

Башкирское националистическое движение за национальную автономию было обусловлено, прежде всего декретом о земле, который автоматически ликвидировал вотчинное право башкир, поэтому они, особенно зажиточные слои, увидели в нем покушение на свои земельные права. К тому же большое значение имели ценные месторождения полезных ископаемых на территории Башкирии (Земли башкир). Не случайно проект башкирской автономии, прежде чем быть вынесенным на курултай, был обсужден представителями золотопромышленников, которые поддержали такой шаг. Башкирия (Земля башкир) «должна быть автономна и совершенно независима от центра», заявил 10 декабря представитель башкирского курултая Мутин на заседании 1-го съезда по горно- и золотопромышленности Оренбургского края (Оренбург, 7-10 декабря).

8 декабря в Оренбурге был созван учредительный съезд (курултай) автономного Башкурдистана, как всегда без всяких прямых демократических выборов. С открытием съезда состоялась процедура вручения подарков. Габдулхай Курбангалеев от имени башкир Челябинского уезда преподнес их земляку Шарифу Манатову богатую шубу, а ток-чуранские башкиры Валидову – скакуна под богато украшенным традиционным седлом, золочено-серебряный сервиз и еще некоторые ценные предметы. «Это был самый дорогой для меня подарок моей нации за всю свою жизнь», – вспоминал потом Валидов.

X. Юмагулов, ближайший соратник Валидова, позже писал: «Под лозунгом национального объединения, носившим характер уязвленного национального самолюбия, Валидов подчинил своему влиянию разнообразную по классовому составу и взглядам, мало искушенную в политике башкирскую интеллигенцию».

Съезд утвердил постановление Башкирского областного шуро об объявлении Башкортостана (Земли башкир) автономной частью Российской республики и решил вернуть башкирам все земли, занятые русскими. Считалось, что «правом поселения на башкирской территории пользуются только башкиры и другие мусульмане тюркского племени, оставшиеся вне пределов автономной Башкирии (Земли башкир)». Никто и не скрывал, что Земля башкир (Башкортостан) предназначена только для башкир и ей будут управлять только башкиры.

Планы башкирских националистов были простому народу непонятны. Большевик Г. Шамигулов, из башкир, в начале 1920 г. отмечал, что «трудовые слои башкирского населения не желали... никакой автономии. Лишь только маленькая группа – кучка людей во главе с Валидовым еще в 1917 г. путем нагайки мобилизовали башнаселение и начали кричать, что башкиры просят самоопределения». В феврале 1920 г., после нескольких лет управления Башкирской республикой, Валидов писал Ленину и Сталину: «Корень зла в том, что башкиры некультурны и неповоротливы, и не отличаются способностью быстро приспосабливаться к условиям момента».

Между тем у основной группы башкирских националистов, возглавляемой Валидовым, были иные планы. Главным для них была самоцель – выделение Башкортостана (Земли башкир), хотя бы Малой Башкирии (Земли башкир), в автономный штат-республику и придать этому образованию государственные функции. Стремление башкирских националистов к такой цели русскоязычное офицерство и генералитет белого движения расценивали как «фанатичное политиканство».

Начальник штаба соседней Западной армии генерал-майор Г. М. Шепихин в своей служебной докладной (начало февраля 1919 г.) писал о Башкирском правительстве и его идейном лидере: «Случайно созданное, без должной подготовки, оно и во главе себя поставило выдвинутого минутой, случайного и малодостойного человека – господина Валидова. С узким кругозором и фанатичный, с достаточной энергией, но политикан до мозга костей, Валидов насытил своей политической интригой все слои башкир... Преследуя личную цель, властолюбивый Валидов, цепляясь за власть, поссорил башкир с оренбургскими казаками и, не учтя момента, стал в резкую оппозицию существующей власти». Как это все напоминает наши дни!



Разругавшись с белыми, валидовцы в марте 1919 г. перешли на сторону красных и продолжили привычные для башкир занятия воровством. «Ежедневно поступают сведения с мест о правонарушениях и эксцессах, происходящих со стороны Башкирского правительства, представители которого позволяют себе, пользуясь невыясненностью границ, расхищать имущество как отдельных граждан, так и принадлежащее губисполкому, и даже угрожают вооруженной силой» – из телеграммы тех лет.

Башкиры стали вымещать накопившуюся веками злобу на русских против простых крестьян. Страшные недели пережили жители Авзяно-Петровского и других заводов Верхнее-Уральского уезда в мае – июле 1919 г. Утром 6 мая в Авзян вступил перешедший на сторону А. В. Колчака башкирский отряд М. Муртазина. За месяц до этого отряд уже был в заводском поселке. Тогда несколько его солдат напали на хутор одного из местных жителей, убили его и сына, изнасиловали женщин и разграбили имущество. Для расследования этого дела из штаба колчаковской армии приезжал военный следователь, но, хотя женщины опознали пятерых грабителей и насильников, М. Муртазин и другие офицеры не дали произвести аресты и угрожали следователю оружием. Так что у населения были все основания ожидать худшего. Их предчувствия вскоре подтвердились: «...Отряд потребовал подводы, а в ожидании их солдаты рассыпались по селению и занялись грабежом. Захватывали лошадей, хомуты, различную упряжь, взламывали сундуки, тащи ли даже последнее. За малейшую попытку возражать жестоко избивали плетьми. Наконец, подводы были наряжены, но, по мнению отряда, недостаточно быстро, за что были арестована председатель уездной земской управы, член ее и трое квартальных старост. Как полагается у белых, арестованные предварительно были бесчеловечно избиты плетьми».

Инструктор-ревизор Н. Зарецкий 29 октября 1919 г. докладывал о своей поездке в Башкирскую Советскую Республику 18 апреля–13 октября 1919 г.: «Небашкирское население почти поголовно все против этого царства небесного (автономной Башкирии (Земли башкир). – Н. Ш.) и особенными противниками автономии являются татары. Рабочие Авзяно-Петровского завода, вошедшие в состав Башкирской республики, тоже категорически против автономии. Такого же мнения по этому вопросу и все рабочие-коммунисты этого завода; они говорят: «Так что же это, неужели мы должны допустить, чтобы нами правила азиатчина», – но это чисто внешняя сторона, насколько я об этом узнал, а главное – это башкирские полки, оставшиеся с Колчаком, вызвали у этого рабочего населения своими действиями страшное возмущение. Дело в том, что та самая Муртазинская бригада (башкирская), которая лишь в начале сентября с. г. перешла на нашу сторону, творила массу безобразий. Солдаты этой бригады, по указаниям командного состава, проделывали над рабочими такие кошмарные вещи, что прямо ужас. Так, например, они насиловали женщин в присутствии их мужей, которых привязывали тут же к чему-либо и каждая женщина подвергалась этим прелестям до сорока и более раз, и, кроме этого, этими же отрядами было расстреляно до 70-ти человек рабочих-коммунистов...».

Арьергардные башкирские и казачьи отряды грабили население и издевались над ним. Все заподозренные в сочувствии к советской власти подлежали аресту. В Верхнем и Нижнем Авзяне были арестованы 13 семейных мужчин в возрасте около 50 лет. Их имущество было разграблено, а самих их готовили к расстрелу. Нужно отдать должное мужеству местных жителей – 150 человек подписали коллективное заявление об освобождении арестованных. Арест действительно был отменен, но арестованных не отпустили, захватив с собой. Их участь осталась неизвестной.

В 1921 г. представитель ЦК партии Ф. И. Голощекин докладывал руководству большевиков: «Башкирские коммунисты, во-первых, требовали отзыва всех русских коммунистов, кто только активен, и во 2-х, ставили вопрос так: «Диктатура пролетариата в Башкирии (Земли башкир) — есть диктатура угнетенного народа, т.е. башкир». «Дайте нам это господство и уезжайте, мы сами справимся».



Таким образом, используя развал Российской империи, гражданскую войну и «смуту» в российском государстве, башкирские националисты с помощью лжи, интриг, коммунистических лозунгов и большевистских руководителей, не имея никаких законных полномочий, без проведения референдума организовали на территории России свое «государство» – Республику Башкурдистан. Затем, используя большевистский режим, националисты распространили свою власть за пределы ими же созданной Малой Башкирии (Земли башкир) и без всякого учета мнения жителей Уфимской губернии подчинили себе ее население и промышленный потенциал. Иными словами, башкирские националисты с помощью коммунистов в 1922 г. ловко сели на шею российского населения Уфы и Уфимской губернии, на которой сидят и поныне.

В 1990 г. башкиры, воспользовавшись слабостью федеральной власти, провозгласили так называемый «суверенитет».

К 1993 г. правящая группировка, возглавляемая М. Г. Рахимовым, прибрала к рукам практически все рычаги власти. Об этом свидетельствовали результаты референдума, состоявшегося 25 апреля 1993 г. К четырем вопросам общефедерального референдума местная власть добавила вопрос республиканского референдума об обретении особого статуса РБ. Широкая общественность и, в первую очередь, городские жители выступили против обособления республики от Российской Федерации. Так, Общественное объединение «Русь» выступило с заявлением, в котором призывало оказать поддержку президенту РФ и дать отрицательный ответ на 5-й вопрос референдума. 24 апреля в «Советской Башкирии (Земли башкир)» депутаты Уфимского горсовета опубликовали обращение, в котором оспаривали законность включения 5-го вопроса. Они ссылались на Закон РБ «О референдуме», который запрещал вынесение вопросов на референдум менее чем за месяц до голосования. В итоге на вопрос: «Считаете ли Вы, что Республика Башкортостан (Земля башкир) в интересах ее народов должна иметь экономическую самостоятельность и договорные отношения с Российской Федерацией на основе Федеративного договора и приложения к нему от Республики Башкортостан (Земли башкир)?» «да» ответили 75,5 % избирателей, пришедших на избирательные участки, и только 22 % выразили несогласие с таким курсом. Избирателей республики попросту обманули, подменив экономическую самостоятельность государственным суверенитетом.

Подписав двусторонний Договор о разграничении предметов ведения и полномочий с Москвой 3 августа 1994 г., республиканская власть стабилизировала свои отношения с федеральным центром. Не соответствующий Конституции РФ и содержащий внутренние противоречия договор без сомнения явился результатом шантажа М. Г. Рахимовым федерального центра. В этом договоре Башкортостан (Земля башкир) признавался суверенным государством, входящим в состав Российской Федерации!

Подписание договора обеспечило определенную лояльность со стороны республиканской власти к президенту РФ, но властвующая группа РБ фактически узурпировала контроль над большинством правоохранительных органов. Экономические привилегии, полученные республиканской властью благодаря подписанию межбюджетных соглашений, давали дополнительные возможности для проведения независимой от Москвы политики. Даже судебные решения выносились от имени Республики Башкортостан (Земли башкир)! Присвоил себе самочинно М. Г. Рахимов и функции президента РФ по помилованию осужденных.

Красной нитью идеологических установок местной этнократии неизменно проходила идея формирования государственности и особого статуса республики. Обосновывая необходимость применения так называемой договорной модели федерализма, представители республиканского руководства в качестве правовой базы взаимоотношений с Центром, наряду с Федеративным договором и Договором от 3 августа 1994 г., всерьез рассматривали соглашение от 1919 г. При этом они практически полностью игнорировали ключевые принципы новой Конституции РФ 1993 г. (верховенство российской Конституции и федеральных законов, принцип равноправия субъектов федерации). Обосновывая договорную природу российского федерализма, властвующая группировка активно обращалась к историческому прошлому взаимоотношений между башкирами и Русским государством. Центральным тезисом здесь выступал факт добровольного присоединения башкирского народа к Русскому государству. Иначе говоря, в своем стремлении отстоять суверенитет, правящая группа апеллировала в большей степени к традиции, выводя полемику из правовой плоскости на идеологическую.

Важное значение властвующая элита придавала созданию элементов государственности. Учрежденные институт президентства, парламент, Конституционный суд рассматривались как важный шаг в строительстве государственности в республике. Были организованы самостоятельная Башкирская академия наук, свое духовное управление мусульман Башкирии (Земли башкир) и централизованная система назначения глав администраций городов и районов республики. При этом акцент делался на том, что эти институты являются символом независимости республики.

Местные законы, принятые в Башкирии (Земли башкир) в 1994–1999 гг., увеличили несоответствие республиканских законов федеральным. Часто местный парламент, ссылаясь на суверенитет и региональные особенности, подвергал ревизии или просто игнорировал не только положения Конституции РФ, но и базовые принципы современного конституционализма – разделение властей, парламентаризм, гарантии местного самоуправления.

Рахимовский режим в этот период приспосабливает правила игры под себя, практически не встречая сопротивления со стороны федеральной власти. Сепаратистская позиция режима по отношению к федеральной власти проявлялась и в том, что республиканские органы власти игнорировали решения судебных инстанций, российской исполнительной власти. Республиканская конституционно-правовая система постепенно становится несущей конструкцией авторитарного по сути и этнократического по форме политического режима при полном попустительстве федеральной прокуратуры.

Этнократия – это такой тип власти из всех известных в истории, облик которой зловещ и предосудителен по своей сути уже тем, что один народ ставится в привилегированное положение перед другими народами и за счет их. При этом особо стоит подчеркнуть, что этнократия – это власть не этноса в прямом смысле этого слова — это власть политической группировки, захватившей власть в республике. Более того, это не только политическое, правовое, экономическое или организационное осуществление власти, это и морально- нравственная атмосфера, прямо влияющая на возможность разумного согласованного и сбалансированного сосуществования разных народов.

Этнократизация власти в Башкирии (Земле башкир) проявляется и в закреплении привилегированного положения представителей титульного этноса, а именно башкир, что выражается в «коренизации управления», в заполнении благоприятных «социальных ниш» именно «своим» народом.

Идеологи башкирского национализма договорились до того, что коллективные права титульного этноса должны доминировать над правами других народов республики, а также гражданскими правами личности. Так, один из идеологов башкирского суверенитета ныне покойный профессор Д. Ж. Валеев считал, что права башкирского этноса имеют приоритет над правами личности, поэтому реализация национального суверенитета значительно важнее суверенитета отдельной личности и ее прав. Он полагал, что в Башкирии (Земле башкир) следует в законодательном порядке установить привилегии титульному народу, обеспечив 50% квоту для башкир во всех структурах власти, и даже закрепить это положение в Конституции.

О стремлении правящей элиты Башкирии (Земли башкир) к политическому и правовому обособлению наиболее наглядно свидетельствовали попытки принятия республиканского закона о гражданстве, а также настойчивое требование от федерального центра на введение собственного паспорта для граждан, проживающих на территории Республики Башкортостан (Земли башкир).

В Башкирии (Земле башкир), после более чем трехлетнего перерыва, только в мае 2001 г. была возобновлена выдача российских паспортов нового образца. Это стало возможным благодаря жестким требованиям федерального центра. Дело в том, что в Республике Башкортостан (Земле башкир) в соответствии с постановлением Курултая РБ от 19 декабря 1997 г. действовал запрет органам внутренних дел РБ на выдачу гражданам паспортов нового образца в связи с тем, что в нем не учтены особенности региона, т.е. отсутствовали республиканская символика, записи на национальном языке и графа об этнической принадлежности. Поэтому проблема получения паспорта для сотен тысяч граждан Башкирии (Земли башкир) (достигших совершеннолетия, меняющих паспорт в связи с вступлением в брак, получающих гражданство РФ и пр.) превратилась в неразрешимую головоломку. Этим людям вместо основного документа паспортные столы выдавали так называемое «временное удостоверение личности», действие которого через каждые три месяца необходимо было продлевать. Естественно, эта бумага не могла быть полновесным документом и полностью заменить паспорт, а отношение к ней в республике и за ее пределами было несерьезным, чиновники не относились к удостоверениям как к паспорту. Таким образом, из-за произвола местной этнократии, всеми силами пытавшейся сохранить закрепленную еще в советское время порочную практику сортировки людей по этническому признаку в паспортах, несколько лет огромное число граждан республики были ограничены в своих правах.

Более того, власти Башкирии (Земли башкир) пошли еще дальше. В 1999 г. по предложению Президента РБ М. Г. Рахимова в Государственное Собрание РБ был внесен проект закона «О гражданстве Республики Башкортостан (Земли башкир)». В течение мая – октября 1999 г. законопроект прошел в Законодательной палате Госсобрания РБ первое – третье чтения и был передан на рассмотрение в верхнюю палату – Палату представителей. Одна из статей проекта закона предполагала для граждан РБ, кроме российского паспорта, также введение паспорта гражданина Республики Башкортостан (Земли башкир). Однако только волевое вмешательство федерального центра позволило приостановить принятие этого документа. Этот закон тихо похоронили.

Для того, чтобы создать хоть какую-то видимость легитимности этнократического правления, современные идеологии и практики башкирского национализма пошли на открытую фальсификацию итогов переписи 2002 г., когда доля титульного этноса в общей численности населения подскочила с 21% до 30%, а всех других – снизился (русских с 40% до 36%, татар с 29% до 24%).

…Можно еще много рассуждать об отрицательной роли башкир в истории России. Но и изложенного выше вполне, думаю, достаточно, чтобы понять, что действия башкир на протяжении четырехсот с лишним лет чаще всего были антирусскими и антироссийскими.

Статистика посещений

Сегодня864
Вчера1721
На этой неделе10839
В этом Месяце40562
Всего244481

Голосование

Считаете ли вы необходимым и целесообразным объединение Башкирии и Оренбургской области в новый субъект федерации под названием Южно-Уральский край?
  • Голоса: (0%)
  • Голоса: (0%)
  • Голоса: (0%)
Всего голосов:
Первый голос:
Последний голос:
 
Работает на Sexy Polling
 

Вход на сайт